Дефицит воды в организме человека: физиологическая регуляция, оценка и влияние на работоспособность

Обновлено: 18 мая 2026 English

Введение

Вода является самым крупным структурным компонентом человеческого тела и необходима для клеточного гомеостаза и жизнедеятельности (IOM, 2005). Она служит растворителем для биохимических реакций, обеспечивает транспорт веществ и обладает уникальными физическими свойствами, например высокой теплоёмкостью, что позволяет поглощать метаболическое тепло (IOM, 2005). Поддержание баланса между поступлением и потерями воды имеет решающее значение для нормального физиологического функционирования, включая терморегуляцию, работу сердечно-сосудистой системы и когнитивные способности (Kenefick & Cheuvront, 2016).

Несмотря на важность воды, недостаточное её потребление встречается удивительно часто. Данные опросов показывают, что значительная доля людей не достигает рекомендуемых уровней потребления жидкости, а суточное потребление воды сильно варьирует у разных людей (Pence et al., 2025). Состояние эугидратации, то есть нормального содержания воды в организме, может поддерживаться в широком диапазоне уровней потребления благодаря мощным гомеостатическим механизмам. Однако когда потери воды систематически превышают её поступление, развивается дефицит общей воды тела — состояние, которое называют дегидратацией или гипогидратацией (Cheuvront & Kenefick, 2014).

Физиологические изменения при дегидратации хорошо изучены. Дефицит воды в объёме ≥2% от массы тела широко признан порогом, за которым начинаются измеримые нарушения терморегуляции, сердечно-сосудистой системы и метаболизма (Kenefick & Cheuvront, 2016; Cheuvront & Kenefick, 2014). Такая степень потери воды может возникать при усиленном потоотделении (например, во время физической активности или в условиях жары), а также при простом ограничении приёма жидкости (IOM, 2005).

Последствия дефицита воды неодинаковы: они зависят от типа теряемой жидкости (гипоосмотическая или изоосмотическая) и от величины потери. Внутриклеточная дегидратация (гиперосмолярная гиповолемия) развивается при потере гипотонической жидкости (например, пота) и характеризуется повышением осмоляльности плазмы. Напротив, внеклеточная дегидратация (изоосмолярная гиповолемия) возникает при потере жидкости, близкой по составу к плазме, и приводит к более выраженному сокращению объёма внеклеточной жидкости без существенного изменения осмоляльности (Cheuvront & Kenefick, 2014). Понимание этого различия важно для осмысления компенсаторных реакций организма и их влияния на физическую и умственную работоспособность человека.

Данная статья представляет собой научно-популярный обзор проблемы дефицита воды. В ней будут рассмотрены физиологические основы дегидратации, методы оценки статуса гидратации, а также установленные эффекты недостатка воды на физическую выносливость, силу, двигательные навыки и когнитивные функции. Обсуждение базируется на рецензируемой научной литературе и предназначено для широкой аудитории, интересующейся наукой о гидратации человека. Статья не содержит клинических рекомендаций или советов по терапии.

1. Что такое дегидратация (обезвоживание)?

Термин дегидратация обычно описывает дефицит общего содержания воды в организме (ОБВ). С физиологической точки зрения ОБВ распределяется между внутриклеточным пространством (жидкость внутри клеток) и внеклеточным пространством, которое включает интерстициальную жидкость и плазму крови (IOM, 2005). У здорового молодого человека массой 70 кг ОБВ составляет примерно 60% массы тела, или около 42 литров. Эта доля варьирует в зависимости от возраста, пола и состава тела, главным образом потому, что жировая ткань содержит меньше воды, чем мышечная (Cheuvront & Kenefick, 2014).

Состояние, при котором ОБВ поддерживается в узком диапазоне около физиологической «точки настройки», называют эугидратацией. Суточные колебания массы тела в пределах ≤1% считаются нормальной повседневной вариацией и не расцениваются как клинически значимая дегидратация (Cheuvront & Kenefick, 2014). Только когда потеря ОБВ превышает примерно 2% от исходной массы тела, в организме начинают происходить устойчивые, измеримые нарушения терморегуляции, работы сердечно-сосудистой системы и метаболизма (Kenefick & Cheuvront, 2016). Этот 2‑процентный порог стал стандартной опорной точкой в научной литературе.

Дегидратация не является единым однородным состоянием. Её физиологические последствия зависят от двух ключевых факторов: (1) величины потери воды и (2) состава теряемой жидкости (Cheuvront & Kenefick, 2014). Исходя из состава, различают два основных типа дегидратации.

1.1. Внутриклеточная дегидратация (гиперосмолярная гиповолемия)

Внутриклеточная дегидратация возникает, когда теряемая жидкость является гипоосмотической по отношению к плазме – то есть содержит меньше растворённых веществ (главным образом натрия и хлорида), чем плазма. Самый распространённый пример в повседневной жизни – это пот. Терморегуляционное потоотделение даёт гипотоническую жидкость с типичной осмоляльностью менее 100 ммоль/кг, тогда как осмоляльность плазмы составляет около 285–295 ммоль/кг (IOM, 2005; Cheuvront & Kenefick, 2014).

Когда теряется гипоосмотическая жидкость, из организма удаляется вода, но пропорционально меньше солей. В результате осмоляльность оставшейся внеклеточной жидкости повышается. Поскольку клетки отделены от внеклеточного пространства мембранами, проницаемыми для воды, вода выходит из клеток по осмотическому градиенту. Это вызывает сморщивание клеток – отсюда и название внутриклеточная дегидратация (Cheuvront & Kenefick, 2014). Основные признаки этого типа дегидратации:

  • Повышение осмоляльности плазмы (обычно на ≥5 ммоль/кг выше исходного уровня);
  • Относительно небольшое сокращение объёма плазмы (соотношение потери объёма плазмы к общей потере воды составляет примерно 1:10);
  • Активация осморецепторов, которая запускает чувство жажды и выделение аргинин-вазопрессина (антидиуретического гормона) (Kenefick & Cheuvront, 2016).

Внутриклеточная дегидратация – это наиболее распространённая форма обезвоживания у физически активных людей, работников в жарких условиях, а также у тех, кто просто ограничивает приём жидкости без значительной потери соли.

1.2. Внеклеточная дегидратация (изоосмолярная гиповолемия)

Внеклеточная дегидратация развивается, когда теряемая жидкость является изоосмотической – то есть её концентрация растворённых веществ примерно равна концентрации в плазме. Это происходит при потере жидкости вместе с пропорциональным количеством электролитов, главным образом натрия. Классические примеры – некоторые виды диареи или приём некоторых диуретиков (Cheuvront & Kenefick, 2014). В таких условиях осмоляльность внеклеточной жидкости остаётся относительно неизменной, но объём внеклеточного пространства – особенно объём плазмы – сокращается гораздо сильнее.

Ключевые характеристики внеклеточной дегидратации:

  • Осмоляльность плазмы остаётся в пределах нормы (или изменяется незначительно);
  • Соотношение потери объёма плазмы к общей потере воды примерно вдвое больше, чем при внутриклеточной дегидратации (около 1:5);
  • Основной физиологический стимул для компенсации – не осмоляльность, а снижение объёма крови (гиповолемия), которое воспринимается барорецепторами. Это запускает вазоконстрикцию и активацию ренин-ангиотензин-альдостероновой системы (Cheuvront & Kenefick, 2014).

В чистом виде внеклеточная дегидратация у здоровых, свободно живущих людей встречается реже, чем внутриклеточная. Однако возможны смешанные состояния – например, когда человек теряет пот (гипоосмотическая жидкость) и при этом недостаточно потребляет соль, или когда потеря жидкости при диарее сочетается с лихорадкой и потоотделением.

1.3. Смешанная дегидратация

В реальных ситуациях дегидратация часто бывает смешанной. Длительная физическая активность в жару в сочетании с недостаточным восполнением соли может привести к ситуации, когда имеется дефицит и воды, и натрия. Аналогично, воздействие высокогорья может давать смешанную картину: холодный сухой воздух увеличивает дыхательные потери воды (чистая вода), тогда как начальная реакция акклиматизации часто вызывает натрийурез (потеря соли и воды) (Cheuvront & Kenefick, 2014). Понимание типа дегидратации важно для интерпретации физиологических реакций организма, но для большинства образовательных целей внутриклеточная (гиперосмотическая) форма служит основной моделью при обсуждении влияния дефицита воды на работоспособность человека (Kenefick & Cheuvront, 2016).

1.4. Количественная оценка дефицита воды: метод массы тела

Наиболее практичным и надёжным методом количественной оценки острой потери воды является измерение изменения массы тела. Когда вода теряется исключительно через пот, дыхание или мочу, каждый килограмм острой потери массы тела примерно соответствует одному литру потерянной воды (1 кг = 1 л) (Cheuvront & Kenefick, 2014). Поэтому процент дегидратации можно рассчитать по формуле:

% дегидратации = (Δ массы тела / исходная масса тела) × 100

Этот расчёт предполагает, что исходная масса тела измерялась в условиях хорошей гидратации и что за время наблюдения не было потери или прироста твёрдой массы (пищи) (IOM, 2005). Для более длительных периодов, например для целого дня, необходимо учитывать приём пищи и метаболическую воду, но для острых измерений в течение нескольких часов метод массы тела точен и широко используется как в лабораторных, так и в полевых исследованиях (Kenefick & Cheuvront, 2016).

Суточное колебание массы тела в пределах ≤1% считается нормальной физиологической вариацией. Потеря в 1‑2% может быть обнаружена, но не всегда надёжно связана с функциональными нарушениями. Потеря ≥2% – это порог, за которым consistently наблюдаются значимые физиологические изменения и снижение работоспособности (Cheuvront & Kenefick, 2014; Kenefick & Cheuvront, 2016).

2. Как организм регулирует водный баланс?

Тело человека обладает мощными гомеостатическими системами, которые поддерживают общее содержание воды и осмоляльность плазмы в узком диапазоне. Эта регуляция опирается на два основных типа сенсорного входа: осмотический (обнаружение изменений концентрации жидкостей тела) и объёмный (обнаружение изменений объёма крови). Эти сигналы интегрируются в центральной нервной системе, что приводит к соответствующим эффекторным реакциям – прежде всего к чувству жажды и выделению антидиуретического гормона (аргинин-вазопрессина, АВП) (Kenefick & Cheuvront, 2016).

2.1. Осмотическая регуляция

Осмотическая регуляция является первой линией защиты от внутриклеточной дегидратации. Специализированные нейроны, называемые осморецепторами, расположенные главным образом в гипоталамусе, чрезвычайно чувствительны к изменениям осмоляльности плазмы. Даже небольшое повышение осмоляльности (всего на 1–2%) вызывает лёгкое сморщивание этих клеток, что увеличивает частоту их разрядов (Cheuvront & Kenefick, 2014).

Этот нервный сигнал запускает две параллельные реакции:

1. Стимуляцию жажды – осознанное желание пить.

2. Выделение аргинин-вазопрессина (АВП) из задней доли гипофиза. АВП действует на почки, усиливая обратное всасывание воды, благодаря чему образуется меньший объём более концентрированной мочи. Это уменьшает дальнейшие потери воды и помогает восстановить нормальную осмоляльность (Kenefick & Cheuvront, 2016).

Осмотический порог для выделения АВП обычно достигается при повышении осмоляльности плазмы примерно на 2–3 ммоль/кг (примерно 1% выше исходного уровня). Порог для отчётливой жажды немного выше, обычно он требует повышения примерно на 5 ммоль/кг (или около 2% потери массы тела) (Cheuvront & Kenefick, 2014). Это означает, что человек может уже экономить воду на уровне почек, прежде чем он сознательно почувствует жажду.

2.2. Объёмная регуляция

Объёмная регуляция становится важной при значительном снижении объёма крови (гиповолемии), например, при внеклеточной дегидратации. Барорецепторы низкого и высокого давления, расположенные в сердце, крупных венах и артериях, обнаруживают уменьшение центрального объёма крови. В отличие от осморецепторов, барорецепторы относительно нечувствительны к небольшим изменениям; для их активации обычно требуется снижение объёма крови примерно на 5–10% (Cheuvront & Kenefick, 2014).

Активация механизмов, чувствующих объём, приводит к:

  • Симпатически опосредованной вазоконстрикции (сужению кровеносных сосудов) для поддержания артериального давления.
  • Усиленному выделению АВП даже при нормальной осмоляльности плазмы (неосмотическая стимуляция).
  • Активации ренин-ангиотензин-альдостероновой системы (РААС), которая способствует задержке натрия и воды почками (Kenefick & Cheuvront, 2016).

Объём-опосредованные жажда и выделение АВП менее чувствительны, чем осмотические стимулы. Человек может потерять более 4% массы тела за счёт внеклеточной жидкости, прежде чем возникнет сильная жажда (Cheuvront & Kenefick, 2014). Это различие имеет практическое значение: в ситуациях, когда соль и вода теряются вместе (например, при некоторых формах диареи), сигнал жажды может запаздывать по отношению к реальному дефициту жидкости.

2.3. Феномен непроизвольной дегидратации

Одним из наиболее интересных аспектов регуляции водного баланса у человека является феномен непроизвольной дегидратации. Этим термином описывают склонность человека не восполнять полностью потери жидкости во время и после физической нагрузки, воздействия жары или других обезвоживающих состояний, даже когда вода легкодоступна (Kenefick & Cheuvront, 2016).

К такому неполному восполнению приводят несколько факторов:

  • Насыщение жажды до полной регидратации: Когда обезвоженный человек пьёт, сам акт питья быстро снижает ощущение жажды и выделение АВП, задолго до того, как выпитая вода всосётся и распределится по всем компартментам тела. Это «пресистемное» насыщение опосредовано орофарингеальными (ротовыми и глоточными) рецепторами и сигналами из желудочно-кишечного тракта (Cheuvront & Kenefick, 2014).
  • Задержка в почечной консервации: Даже после выделения АВП почкам требуется время для эффективного концентрирования мочи.
  • Поведенческие привычки: Многие люди пьют не только в ответ на физиологическую потребность; социальные сигналы, время приёма пищи и доступность вкусных напитков сильно влияют на питьевое поведение (IOM, 2005).

В результате человек может оставаться в состоянии лёгкой или умеренной дегидратации в течение нескольких часов или даже дней, не испытывая сильного позыва к питью. Это особенно актуально для пожилых людей, но может происходить в любой возрастной группе в условиях повторяющихся или длительных потерь жидкости (например, во время многодневной физической активности или при работе в жаркой среде без структурированных перерывов для питья). Понимание непроизвольной дегидратации подчёркивает, почему одна лишь жажда не всегда является надёжным ориентиром для поддержания оптимального статуса гидратации (Kenefick & Cheuvront, 2016).

2.4. Интеграция осмотических и объёмных сигналов

В реальной жизни осмотические и объёмные сигналы действуют вместе. Во время длительной физической нагрузки в жару человек обычно теряет гипотонический пот (что ведёт к повышению осмоляльности плазмы) и также испытывает некоторое снижение объёма плазмы. Совокупный эффект даёт более сильный стимул для выделения АВП и возникновения жажды, чем каждый из них по отдельности. Однако относительный вклад каждого сигнала зависит от типа и величины дегидратации (Cheuvront & Kenefick, 2014).

Регуляторные системы организма очень эффективно предотвращают угрожающее жизни нарушение водного баланса в нормальных условиях. Однако они не совершенны. Пороги возникновения жажды, задержка в почечных реакциях и конкурирующее влияние поведения означают, что лёгкая или умеренная дегидратация может возникать часто, даже без осознания этого человеком. Вот почему объективные показатели статуса гидратации – такие как контроль изменений массы тела или концентрации мочи – являются полезным дополнением к субъективному чувству жажды (IOM, 2005).

3. Физиологические эффекты дефицита воды

Снижение общего содержания воды в организме на ≥2% массы тела запускает каскад физиологических изменений. Эти изменения затрагивают множество систем, но наиболее последовательно документированные эффекты связаны с сердечно-сосудистой системой и терморегуляцией. Понимание этих реакций помогает объяснить, почему дегидратация может ухудшать физическую работоспособность и увеличивать физиологическое напряжение во время физической нагрузки или воздействия жары (Kenefick & Cheuvront, 2016).

3.1. Влияние на сердечно-сосудистую систему

Одним из самых ранних и наиболее предсказуемых последствий дегидратации является снижение объёма плазмы крови. Когда человек теряет гипотонический пот, вода выходит из крови для поддержания осмотического баланса, а прямая потеря жидкости из кровотока уменьшает общий объём крови (Cheuvront & Kenefick, 2014). Это снижение объёма плазмы имеет несколько измеримых эффектов.

Учащение пульса. Чтобы компенсировать снижение ударного объёма (количества крови, выбрасываемого сердцем за одно сокращение), сердце должно биться чаще для поддержания адекватного сердечного выброса. Исследования показали, что частота сердечных сокращений увеличивается примерно на 3–5 ударов в минуту на каждый 1% потери массы тела из-за обезвоживания (IOM, 2005; Kenefick & Cheuvront, 2016).

Снижение ударного объёма. При уменьшении венозного возврата крови к сердцу желудочки наполняются не полностью, и количество крови, выбрасываемой за каждое сокращение, уменьшается. Это снижение ударного объёма является прямым следствием уменьшения центрального объёма крови (Cheuvront & Kenefick, 2014).

Повышение сердечно-сосудистого напряжения при физической нагрузке. Когда физическая нагрузка сочетается с обезвоживанием, возникает конкуренция за ограниченный объём крови между работающими мышцами (для доставки кислорода) и кожей (для отвода тепла). Это конкуренция увеличивает нагрузку на сердце и может привести к снижению максимального сердечного выброса (Kenefick & Cheuvront, 2016). Сердечно-сосудистое напряжение усиливается в жаркой среде, где потребность в кожном кровотоке выше.

Ортостатическая непереносимость. Дегидратация может также влиять на регуляцию артериального давления при вставании. Снижение объёма плазмы уменьшает венозный возврат, и нормальная барорефлекторная реакция может быть неполной. В результате некоторые люди могут испытывать головокружение или предобморочное состояние при переходе из положения сидя или лёжа в стоячее, особенно при обезвоживании, превышающем 2–3% массы тела (IOM, 2005).

3.2. Влияние на терморегуляцию

Человеческое тело поддерживает стабильную температуру ядра за счёт баланса между теплопродукцией (от метаболизма и физической активности) и теплоотдачей (главным образом через испарение пота и излучение от кожи). Дегидратация напрямую ухудшает оба механизма теплоотдачи.

Снижение скорости потоотделения при заданной температуре ядра. Один из наиболее последовательных результатов исследований заключается в том, что дегидратация повышает порог температуры ядра для начала потоотделения. На практике это означает, что обезвоженный человек начинает потеть не так рано, как хорошо гидратированный, и при любой заданной температуре ядра скорость потоотделения ниже (Kenefick & Cheuvront, 2016). Этот эффект становится заметным при потере воды, достигающей примерно 2% массы тела, и становится более выраженным при больших дефицитах (Cheuvront & Kenefick, 2014).

Снижение кожного кровотока. Аналогичным образом, способность увеличивать кровоток в коже – что позволяет переносить тепло от ядра тела к поверхности – притупляется при обезвоживании. Повышается порог температуры ядра для кожной вазодилатации и снижается чувствительность реакции (Kenefick & Cheuvront, 2016). Это означает, что меньше тепла передаётся от ядра к коже, что ухудшает как сухую теплоотдачу (излучением и конвекцией), так и испарительную теплоотдачу (поскольку пот должен достигать поверхности кожи).

Повышение температуры ядра при физической нагрузке в жару. Многочисленные лабораторные исследования показали, что при одинаковой интенсивности нагрузки и одинаковых условиях окружающей среды у обезвоженного человека температура ядра будет выше, чем у человека в состоянии эугидратации. Зависимость приблизительно линейна: на каждый 1% потерянной массы тела температура ядра повышается примерно на 0,1–0,2 °C во время физической нагрузки в тёплых условиях (Kenefick & Cheuvront, 2016). Это повышение теплового напряжения является основным фактором, способствующим снижению толерантности к нагрузке и повышенному риску тепловых заболеваний.

Снижение теплотолерантности и более раннее истощение. Сочетание сниженного потоотделения, сниженного кожного кровотока и более высокой температуры ядра означает, что обезвоженные люди достигают предела своей теплотолерантности раньше. Исследования показали, что время до истощения при физической нагрузке в жару значительно сокращается, когда дегидратация превышает 2–3% массы тела (Cheuvront & Kenefick, 2014). Важно отметить, что обезвоживание также снижает температуру ядра, при которой наступает истощение, что позволяет предположить, что способность организма переносить высокие температуры нарушается (Kenefick & Cheuvront, 2016).

3.3. Взаимодействие сердечно-сосудистых и терморегуляторных эффектов

Сердечно-сосудистые и терморегуляторные реакции на дегидратацию не являются независимыми. Когда человек выполняет физическую нагрузку в жаркой среде, кровь должна направляться как к работающим мышцам (для доставки кислорода), так и к коже (для рассеивания тепла). Дегидратация уменьшает общий доступный объём крови, создавая конфликт между этими двумя потребностями. Эта конкуренция проявляется в увеличении частоты сердечных сокращений, снижении ударного объёма и более высокой температуре ядра при любой заданной интенсивности работы (IOM, 2005).

Величина этих эффектов зависит от нескольких факторов, включая степень дегидратации, температуру и влажность окружающей среды, интенсивность и продолжительность физической активности, а также индивидуальные характеристики, такие как аэробная подготовленность и статус тепловой акклиматизации (Kenefick & Cheuvront, 2016). Однако общая закономерность ясна: дефицит воды выше порога в 2% последовательно ухудшает как сердечно-сосудистую функцию, так и терморегуляцию, причём эти нарушения становятся более серьёзными по мере увеличения потери воды.

3.4. Другие физиологические системы

Хотя сердечно-сосудистые и терморегуляторные эффекты изучены наиболее полно, дегидратация также влияет на другие системы. Например, опорожнение желудка может замедляться при сильной дегидратации (≥4% массы тела), что может влиять на способность усваивать жидкости и питательные вещества во время физической нагрузки (Cheuvront & Kenefick, 2014). Дегидратация также приводит к повышению осмоляльности плазмы, что воспринимается осморецепторами и запускает жажду и выделение АВП, как обсуждалось в Разделе 2. Эти гормональные реакции сами по себе имеют широкие метаболические и сосудистые эффекты, но их детальное обсуждение выходит за рамки данного образовательного обзора (IOM, 2005).

Важно отметить, что описанные выше эффекты являются физиологическими реакциями на дефицит воды, а не клиническими диагнозами или медицинскими состояниями. Они представляют собой нормальные, предсказуемые изменения, которые происходят в организме человека при столкновении с нехваткой воды. Понимание этих реакций даёт основу для интерпретации того, почему обезвоживание может влиять на физическую и умственную работоспособность, что будет обсуждаться в следующих разделах.

4. Влияние дегидратации на физическую работоспособность

Хорошо известно, что дегидратация ухудшает физическую работоспособность, однако степень и характер этого ухудшения зависят от типа нагрузки, условий окружающей среды и величины дефицита воды. Значительный объём научной литературы посвящён изучению этой взаимосвязи, и наиболее последовательные результаты касаются выносливости (аэробных нагрузок). Влияние на силу, мощность и сложные двигательные навыки выражено слабее и более вариабельно (Cheuvront & Kenefick, 2014; Kenefick & Cheuvront, 2016).

4.1. Аэробная (выносливостная) производительность

Аэробная производительность – способность поддерживать субмаксимальную нагрузку в течение длительного времени – стабильно ухудшается при дегидратации. Обзор исследований показывает, что при потере воды ≥2% массы тела примерно в двух третях экспериментальных наблюдений регистрируется статистически значимое снижение аэробной выносливости (Cheuvront & Kenefick, 2014). Это ухудшение проявляется в виде сокращения времени до отказа, снижения самостоятельно выбранной интенсивности нагрузки или того и другого вместе.

Физиологические механизмы. Основной механизм, связывающий дегидратацию со снижением аэробной производительности – это уменьшение максимального потребления кислорода (VO2max). Дегидратация снижает объём плазмы, что, в свою очередь, уменьшает ударный объём и сердечный выброс. В результате при любой заданной субмаксимальной интенсивности относительная интенсивность нагрузки (%VO2max) выше, когда человек обезвожен. Это повышенное усилие воспринимается как большая трудность, что приводит к более раннему прекращению нагрузки или добровольному снижению темпа (Kenefick & Cheuvront, 2016).

Ряд исследований количественно оценил этот эффект. Например, было показано, что потеря 4% массы тела снижает VO2max на 6‑16% в зависимости от условий окружающей среды. Снижение VO2max пропорционально уменьшению ударного объёма, которое напрямую связано со снижением объёма плазмы (Cheuvront & Kenefick, 2014).

Влияние окружающей среды. Ухудшение производительности, вызванное дегидратацией, усиливается в жарких условиях. Когда температура кожи повышается, потребность в кожном кровотоке возрастает, создавая конкуренцию с работающими мышцами за ограниченный объём крови. Лабораторные исследования показали, что при уровне дегидратации 4% ухудшение производительности относительно невелико (∼3%) в прохладных условиях (10 °C), но становится существенным (∼23%) в жарких условиях (40 °C) (Kenefick & Cheuvront, 2016). Это взаимодействие между дегидратацией и тепловым стрессом окружающей среды является одним из наиболее надёжных результатов в литературе по физиологии упражнений.

Временны́е рамки развития дегидратации. Важно признать, что дегидратация во время физической нагрузки развивается постепенно. Даже при скорости потоотделения 1,0‑1,5 л в час требуется не менее 60‑90 минут непрерывной нагрузки, чтобы достичь дефицита массы тела в 2%. Поэтому ухудшающие производительность эффекты дегидратации наиболее значимы для длительных нагрузок продолжительностью один час и более. При более коротких нагрузках значимый дефицит воды может просто не успеть развиться, при условии, что человек начинает упражнения в хорошо гидратированном состоянии (Cheuvront & Kenefick, 2014).

4.2. Силовая и взрывная производительность (сила и мощность)

В отличие от выносливости, влияние дегидратации на максимальную силу и мощность гораздо меньше и менее последовательно. Комплексный анализ более 40 исследований показал, что только около 20% экспериментальных наблюдений сообщают о статистически значимом снижении силы или мощности при дегидратации ≥2% массы тела (Cheuvront & Kenefick, 2014). Когда снижение производительности всё же наблюдается, оно обычно составляет порядка 1‑3% – величина, которая может иметь практическое значение только для элитных спортсменов в определённых видах спорта.

Возможные механизмы. Причина относительной сохранности силы и мощности при дегидратации до конца не изучена. Одна из гипотез заключается в том, что потеря внутриклеточной воды из мышечных клеток при дегидратации 2‑4% невелика. Расчёты, основанные на изменениях осмоляльности плазмы, показывают, что содержание воды в мышцах может снизиться примерно с 73% до 70% – небольшое изменение, которое вряд ли существенно повлияет на сократительные свойства мышц, запасы энергии (АТФ, креатинфосфат) или возбудимость мембран (Cheuvront & Kenefick, 2014). Более того, нервная система, по-видимому, способна поддерживать активацию двигательных единиц даже при умеренной дегидратации.

Индивидуальная вариабельность. Хотя средние эффекты по группам невелики, некоторые люди показывают большее снижение силы или мощности, чем другие. Эта вариабельность может быть связана с различиями в типе дегидратации (внутриклеточная или внеклеточная), в способе тестирования (изометрические, изокинетические или динамические нагрузки) или в задействованных мышечных группах. Однако с практической точки зрения имеющиеся данные свидетельствуют о том, что типичные уровни дегидратации, возникающие при физической нагрузке (2‑4% массы тела), не приводят к последовательному или выраженному снижению максимальной силы или анаэробной мощности (Kenefick & Cheuvront, 2016).

4.3. Сложные двигательные навыки и спортивно-специфические задачи

Многие виды спорта и физической активности требуют не только выносливости и силы, но и сложных двигательных навыков, таких как прицеливание, передача, бросок или поддержание равновесия. Влияние дегидратации на эти навыки изучено меньше, а результаты более вариабельны.

Задачи с большим аэробным компонентом. Когда спортивная задача включает значительную аэробную нагрузку (например, бег по пересечённой местности, велогонки с раздельным стартом, продолжительный прерывистый бег в футболе), дегидратация обычно ухудшает производительность аналогично тому, что наблюдается в лабораторных тестах на выносливость. Полевые исследования показали, что дегидратация на 2‑4% массы тела может ухудшать беговую производительность, точность бросков и другие спортивно-специфические навыки (Cheuvront & Kenefick, 2014).

Задачи, зависящие от силы или мощности. Для задач, которые зависят в первую очередь от силы или мощности (например, тяжёлая атлетика, прыжки, спринт), влияние дегидратации менее ясно. Одни исследования не сообщают о значимых изменениях, другие отмечают небольшие, но статистически незначимые снижения. Непоследовательность может быть связана с различиями в дизайне исследований, достигнутом уровне дегидратации и специфике тестируемых навыков (Kenefick & Cheuvront, 2016).

Равновесие и координация. Ранние исследования позволяли предположить, что дегидратация может ухудшать постуральный баланс, что могло бы влиять на спортивные результаты. Однако более поздние хорошо контролируемые эксперименты, в которых участники могли восстановиться от утомления, вызванного нагрузкой, до начала тестирования, не обнаружили влияния дегидратации (до 4% массы тела) на статическое или динамическое равновесие. Когда нарушения равновесия и наблюдаются, они, вероятно, связаны с остаточным мышечным утомлением или гипертермией, а не с самой дегидратацией (Cheuvront & Kenefick, 2014).

Роль отвлекающих факторов и дискомфорта. Даже когда объективные показатели силы, мощности или навыка не показывают статистически значимых изменений, обезвоженные люди часто сообщают о большем воспринимаемом усилии, повышенной усталости и большем дискомфорте (например, жажда, головная боль, тепловые ощущения). Эти субъективные факторы могут влиять на мотивацию и концентрацию, что потенциально приводит к воспринимаемому снижению производительности, даже если физиологическая способность в значительной степени сохранена (Kenefick & Cheuvront, 2016).

4.4. Резюме влияния на физическую работоспособность

Научная литература поддерживает следующие общие выводы относительно дегидратации и физической работоспособности:

  • Аэробная (выносливостная) производительность стабильно ухудшается, когда потеря воды достигает или превышает 2% массы тела. Это ухудшение опосредовано снижением объёма плазмы, уменьшением ударного объёма и последующим повышением относительной интенсивности нагрузки.
  • Силовая и взрывная производительность демонстрируют гораздо меньшие и менее последовательные эффекты. Когда снижения и происходят, они обычно невелики (1‑3%) и могут не иметь значения для большинства людей.
  • Сложные двигательные навыки и спортивно-специфические задачи страдают пропорционально их зависимости от аэробной выносливости. Задачи, основанные главным образом на силе или технике, могут относительно сохраняться, но субъективный дискомфорт может влиять на воспринимаемую производительность.
  • Тепловой стресс окружающей среды усиливает ухудшающие работоспособность эффекты дегидратации, в то время как прохладные условия могут их ослаблять.

Эти выводы основаны на контролируемых лабораторных и полевых исследованиях и отражают современное научное понимание того, как дефицит воды влияет на физические возможности человека. Индивидуальные реакции различаются, и такие факторы, как уровень физической подготовки, тепловая акклиматизация и точный характер выполняемой задачи, играют свою роль (IOM, 2005; Cheuvront & Kenefick, 2014; Kenefick & Cheuvront, 2016).

5. Когнитивные функции и психоэмоциональное состояние

Помимо влияния на физическую работоспособность, дефицит воды также изучался на предмет его потенциального воздействия на когнитивные функции и эмоциональное состояние. Эта область исследований дала интересные, но иногда и противоречивые результаты. Тщательный обзор литературы позволяет предположить, что, хотя лёгкая или умеренная дегидратация (2‑4% массы тела) может влиять на настроение и некоторые аспекты познания, эти эффекты часто тонки, зависят от конкретной задачи и могут быть опосредованы такими факторами, как дискомфорт, утомление или тепловой стресс, а не прямым нарушением работы мозга (Masento et al., 2014; Cheuvront & Kenefick, 2014).

5.1. Влияние на психоэмоциональное состояние

Одним из наиболее последовательных результатов в литературе по гидратации и когнитивным функциям является то, что дегидратация негативно влияет на настроение. Даже при относительно низком уровне потери воды (1‑2% массы тела) люди сообщают о снижении бдительности, повышенной утомляемости и напряжённости (Masento et al., 2014). В нескольких исследованиях с использованием стандартизированных опросников настроения (таких как «Профиль состояний настроения») было обнаружено, что дегидратация увеличивает показатели усталости, спутанности сознания, гнева и подавленности, одновременно снижая энергичность и бдительность (Kenefick & Cheuvront, 2016).

Важно отметить, что эти изменения настроения могут происходить даже тогда, когда объективные показатели когнитивной деятельности не показывают значительного снижения. Например, люди могут сообщать, что чувствуют усталость или им трудно сосредоточиться, но при этом их время реакции, точность памяти или способность решать задачи остаются неизменными (Masento et al., 2014). Эта диссоциация позволяет предположить, что настроение может быть более чувствительным к лёгкой дегидратации, чем когнитивные функции более высокого уровня.

Механизмы, лежащие в основе изменений настроения, вызванных дегидратацией, до конца не изучены, но они, вероятно, связаны с общими ощущениями жажды, сухости во рту, головной боли и теплового дискомфорта, которые сопровождают дефицит воды. Эти неприятные ощущения могут снижать мотивацию, увеличивать воспринимаемое усилие и делать задачи более трудными, даже если фактическая производительность сохраняется (Cheuvront & Kenefick, 2014).

5.2. Влияние на когнитивные способности

Связь между дегидратацией и когнитивными способностями более сложна и менее последовательна, чем связь с настроением. Ранние исследования, часто проводившиеся в военных условиях с использованием теплового стресса и физических упражнений для индукции дегидратации, сообщали о нарушениях кратковременной памяти, зрительного восприятия, арифметических способностей и внимания при потере воды, достигающей 2‑4% массы тела (Masento et al., 2014). Однако более поздние исследования с использованием только ограничения жидкости (без физических упражнений или теплового стресса) часто не подтверждали эти данные, демонстрируя сохранность когнитивных функций даже при 2‑3% дегидратации.

Методологические соображения. Несколько факторов способствуют вариабельности результатов. Во-первых, во многих ранних исследованиях для индукции дегидратации использовались физические упражнения или тепловое воздействие. Как физические упражнения, так и гипертермия независимо влияют на когнитивные функции, что затрудняет изолирование специфического эффекта дефицита воды. Когда дегидратация вызывается только ограничением жидкости (что позволяет избежать этих смешивающих факторов), когнитивные нарушения наблюдаются реже (Cheuvront & Kenefick, 2014).

Во-вторых, важен выбор когнитивных тестов. Простое время реакции и задачи на базовое внимание часто не показывают эффекта от лёгкой или умеренной дегидратации. Напротив, задачи, требующие устойчивого внимания, сложной зрительной обработки или кратковременной памяти, могут быть более чувствительны к дефициту воды, хотя и здесь результаты не единообразны (Masento et al., 2014).

В-третьих, играют роль индивидуальные различия в «когнитивной устойчивости». Одни люди лучше способны поддерживать работоспособность, несмотря на дискомфорт или усталость, в то время как другие проявляют большую уязвимость. Такие факторы, как возраст, физическая подготовка и предшествующий опыт обезвоживания, могут влиять на реакцию (Kenefick & Cheuvront, 2016).

Возможные механизмы когнитивных изменений. Было предложено несколько гипотез для объяснения того, как дефицит воды может влиять на когнитивные функции, но ни одна из них не является твёрдо установленной.

  • Изменения объёма мозга. Сильная дегидратация может вызывать уменьшение объёма мозга (сморщивание мозга). Однако этот эффект обычно наблюдается только при высоких уровнях потери воды (≥4‑5% массы тела) и может быть преходящим. Даже когда изменения объёма мозга происходят, они не всегда коррелируют со снижением производительности (Cheuvront & Kenefick, 2014).
  • Мозговой кровоток. Дегидратация снижает объём плазмы, что теоретически может уменьшить мозговой кровоток. Однако исследования, измерявшие мозговой кровоток при лёгкой или умеренной дегидратации (2‑3% массы тела), в целом не обнаруживали значительного снижения в покое, хотя временные уменьшения могут происходить при ортостатических нагрузках (например, при быстром вставании) (Kenefick & Cheuvront, 2016).
  • Нейротрансмиттерные и гормональные изменения. Дегидратация повышает осмоляльность плазмы и может изменять уровни таких гормонов, как кортизол и аргинин-вазопрессин. Эти изменения теоретически могут влиять на возбудимость нейронов или синаптическую передачу, но прямые доказательства их связи с когнитивными способностями у человека ограничены (Masento et al., 2014).
  • Нейрокомпенсация. Одно из интригующих открытий нейровизуализационных исследований заключается в том, что дегидратация может усиливать нейронную активность в определённых областях мозга во время выполнения когнитивных задач, даже когда производительность остаётся неизменной. Это позволяет предположить, что мозг может задействовать дополнительные ресурсы (то есть работать усерднее), чтобы поддерживать нормальную функцию. Если требования задачи превышают эту компенсаторную способность, производительность может снизиться (Kenefick & Cheuvront, 2016).

Роль отвлекающих факторов и дискомфорта. Более экономное объяснение, подтверждаемое последовательными данными об изменении настроения, заключается в том, что дегидратация ухудшает когнитивные способности главным образом через отвлечение и дискомфорт. Жажда, сухость во рту, головная боль, усталость и тепловые ощущения отвлекают внимание от выполняемой задачи. Для простых или хорошо отработанных задач это отвлечение может иметь незначительный эффект. Для сложных, требующих усилий или монотонных задач, которые требуют устойчивого внимания, кумулятивный эффект дискомфорта может быть достаточным для ухудшения производительности (Masento et al., 2014; Cheuvront & Kenefick, 2014).

5.3. Практическое значение для повседневной деятельности

С образовательной точки зрения полезно рассмотреть практическую значимость результатов исследований. Данные позволяют предположить, что:

  • Лёгкая дегидратация (1‑2% массы тела) может негативно влиять на настроение, вызывая чувство усталости, напряжённости и снижения бдительности, даже когда когнитивные способности остаются intact.
  • Умеренная дегидратация (2‑4% массы тела) может ухудшать некоторые когнитивные функции, особенно устойчивое внимание, кратковременную память и сложные зрительно-пространственные задачи, особенно если обезвоживание вызвано физической нагрузкой или тепловым стрессом.
  • Эффекты вариабельны и зависят от индивидуальных факторов, характера когнитивной задачи и метода, используемого для индукции дегидратации.

Важно подчеркнуть, что большинство исследований было проведено на молодых здоровых людях в контролируемых лабораторных условиях. Эффекты в реальных жизненных ситуациях – таких как офисная работа, вождение автомобиля или обучение в классе – изучены меньше. Более того, исследования не поддерживают представление о том, что употребление дополнительной воды сверх необходимого для восполнения потерь даёт какое-либо когнитивное преимущество, помимо восстановления нормальной функции (Masento et al., 2014).

5.4. Резюме по когнитивным эффектам и влиянию на настроение

Резюмируя, научная литература указывает, что дегидратация может влиять как на настроение, так и на когнитивные способности, но эффекты более последовательны для настроения. Ключевые положения включают:

  • Настроение достоверно ухудшается при дегидратации, что проявляется в усилении жалоб на усталость, напряжённость и снижение бдительности.
  • Влияние на когнитивные способности менее последовательно; когда оно присутствует, оно наиболее вероятно для задач, включающих устойчивое внимание, кратковременную память или сложную зрительную обработку.
  • Дегидратация, вызванная физической нагрузкой и теплом, даёт более сильные когнитивные эффекты, чем одно лишь ограничение жидкости, что позволяет предположить, что гипертермия и физическое утомление вносят вклад в любые нарушения.
  • Наиболее правдоподобным механизмом когнитивных изменений является отвлечение и дискомфорт, связанные с жаждой, сухостью во рту и другими симптомами, а не прямое нарушение функции мозга.

Эти выводы основаны на рецензируемых исследованиях и отражают текущее состояние знаний. Как и во всех областях науки, будущие исследования могут уточнить или расширить эти данные (Masento et al., 2014; Kenefick & Cheuvront, 2016).

6. Оценка статуса гидратации: методы и их ограничения

Определить, достаточно ли гидратирован человек или у него развился дефицит воды, не так просто, как может показаться. Ни одно отдельное измерение не является идеальным, и у каждого метода есть свои сильные стороны и ограничения. Этот раздел даёт образовательный обзор наиболее распространённых подходов к оценке статуса гидратации в лабораторных и полевых условиях, фокусируясь на физиологических принципах каждого метода, а не на клиническом применении (Cheuvront & Kenefick, 2014).

6.1. Эталонный метод: изменение массы тела

Наиболее практичным и широко признанным методом количественной оценки острой потери воды является измерение изменений массы тела. Когда вода теряется через пот, дыхание или мочу, и когда нет потребления или выделения твёрдой массы (пищи), каждый килограмм острой потери массы тела очень точно соответствует одному литру потерянной воды (1 кг = 1 л). Процент дегидратации можно затем рассчитать по формуле:

% дегидратации = (Δ массы тела / исходная масса тела) × 100

Для точности этого метода необходимо соблюдение нескольких условий:

  • Исходная масса тела должна быть измерена в состоянии хорошей гидратации (эугидратации). Установление надёжного базового уровня обычно требует серийных измерений в течение нескольких дней (Cheuvront & Kenefick, 2014).
  • Период измерения должен быть достаточно коротким, чтобы изменениями твёрдой массы (пища, кал) или образованием метаболической воды можно было пренебречь. Для острых измерений в течение нескольких часов это предположение разумно.
  • Весы должны быть точными и правильно откалиброваны. Даже небольшие ошибки могут существенно повлиять на расчётный процент, особенно у людей с меньшей массой тела.

Нормальные суточные колебания. Важно понимать, что масса тела колеблется изо дня в день даже у хорошо гидратированных людей. Исследования показали, что внутрииндивидуальный коэффициент вариации суточной массы тела составляет примерно 0,5‑1,0%. Это означает, что изменение ≤1% от одного дня к следующему считается нормальной физиологической вариацией и не может быть надёжно приписано дегидратации. Потеря в 1‑2% может быть обнаружена, но не всегда связана с функциональными нарушениями. Потеря ≥2% даёт высокую степень уверенности в том, что произошёл значительный дефицит воды (Cheuvront & Kenefick, 2014).

Практические преимущества и ограничения. Измерение массы тела недорого, неинвазивно и даёт прямую количественную оценку потери воды. Оно широко используется в спортивной науке, военных исследованиях и в науке о гигиене труда. Главное ограничение заключается в том, что оно требует базового измерения, которое не всегда доступно. Кроме того, этот метод не различает разные типы дегидратации (внутриклеточную и внеклеточную) и не может оценить статус гидратации по однократному измерению без предварительного базового уровня (Kenefick & Cheuvront, 2016).

6.2. Маркеры плазмы и сыворотки крови

Осмоляльность плазмы. Осмоляльность — это мера концентрации растворённых частиц (главным образом натрия, хлорида, глюкозы и мочевины) в жидкости. Осмоляльность плазмы строго регулируется организмом; нормальные значения у здоровых взрослых обычно составляют от 275 до 295 мOsm/кг. Поскольку организм защищает осмоляльность в узких пределах, повышение осмоляльности плазмы является надёжным индикатором внутриклеточной (гиперосмолярной) дегидратации (IOM, 2005).

Исследования показали, что осмоляльность плазмы увеличивается примерно на 5 ммоль/кг, когда потеря общей воды тела достигает 2% массы тела. Это делает осмоляльность плазмы полезным маркером для выявления значимого дефицита воды. Однако измерение требует взятия крови и лабораторного анализа, что ограничивает его использование в полевых условиях. Кроме того, на осмоляльность плазмы могут влиять факторы, отличные от обезвоживания, такие как высокий уровень глюкозы в крови или повышенная мочевина (например, после богатой белком пищи), и она не позволяет обнаружить изоосмотическую (внеклеточную) дегидратацию (Cheuvront & Kenefick, 2014).

Концентрация натрия в плазме. Поскольку натрий является основным растворённым веществом, вносящим вклад в осмоляльность плазмы, концентрация натрия в плазме также повышается во время внутриклеточной дегидратации. Однако изменение пропорционально меньше, чем изменение осмоляльности, потому что вносят вклад и другие растворённые вещества. Некоторые исследования показали, что натрий плазмы является менее чувствительным маркером дефицита воды, чем осмоляльность плазмы (Cheuvront & Kenefick, 2014).

Другие маркеры крови. Гематокрит (доля объёма крови, занимаемая эритроцитами) увеличивается во время дегидратации по мере снижения объёма плазмы. Однако гематокрит также зависит от положения тела, физической нагрузки и индивидуальных различий, что делает его менее надёжным самостоятельным маркером. Мочевина крови (БАК) и соотношение БАК к креатинину могут повышаться при обезвоживании, но на них также влияют потребление белка, функция почек и катаболические состояния, что ограничивает их специфичность (IOM, 2005).

6.3. Показатели мочи

Мочу легко собирать неинвазивно, что делает её популярным выбором для оценки гидратации во многих условиях. Однако концентрация мочи зависит от многих факторов, помимо статуса гидратации, и требует тщательной интерпретации.

Осмоляльность и удельный вес мочи. Как осмоляльность мочи (измеряемая в мOsm/кг), так и удельный вес мочи (связанная мера плотности) увеличиваются по мере того, как почки экономят воду. У хорошо гидратированных людей осмоляльность мочи обычно низкая (часто < 500 мOsm/кг); у обезвоженных она может превышать 800‑1000 мOsm/кг. Однако концентрация мочи также зависит от почечной нагрузки растворёнными веществами. Человек, употребивший богатую белком пищу или находящийся в катаболическом состоянии, может выделять большое количество мочевины, что повышает осмоляльность мочи, даже если он адекватно гидратирован. И наоборот, человек с нарушением функции почек может не концентрировать мочу нормально (Cheuvront & Kenefick, 2014).

Время сбора. Наиболее надёжным образцом мочи для оценки гидратации является утренняя порция после ночного сна. За ночь организм достигает относительно стабильного состояния, и утренняя концентрация мочи хорошо отражает статус гидратации предыдущего дня. Разовые образцы мочи, собранные в другое время суток, сильно зависят от недавнего приёма жидкости, пищи и физической активности и не взаимозаменяемы с утренними образцами (IOM, 2005).

Цвет мочи. Простым и широко используемым полевым методом является шкала цвета мочи — от бледно-жёлтого (хорошая гидратация) до тёмно-жёлтого или янтарного (обезвоживание). Цвет мочи коррелирует с осмоляльностью и удельным весом мочи в контролируемых условиях. Однако цвет мочи может зависеть от диеты (например, свёкла, витамины) и некоторых лекарств, а индивидуальное восприятие цвета варьирует. Лучше всего использовать его как приблизительный скрининговый инструмент, а не точный показатель (Kenefick & Cheuvront, 2016).

Ограничения мочевых маркеров. Фундаментальное ограничение всех маркеров на основе мочи заключается в том, что они отражают реакцию почек на дегидратацию, а не сам уровень дефицита воды. Одна и та же концентрация мочи может быть вызвана разной степенью обезвоживания в зависимости от функции почек и солевой нагрузки у данного человека. Более того, при внеклеточной (изоосмолярной) дегидратации концентрация мочи может заметно не повышаться, поскольку осмотический стимул отсутствует. Поэтому мочевые маркеры наиболее полезны для выявления внутриклеточной дегидратации, и их лучше интерпретировать в сочетании с другими показателями (Cheuvront & Kenefick, 2014).

6.4. Другие жидкости организма

Осмоляльность слюны. Поскольку слюна вырабатывается железами, чувствительными к статусу гидратации, исследователи изучали, может ли осмоляльность слюны служить неинвазивным маркером обезвоживания. Некоторые исследования показывают, что осмоляльность слюны повышается при дефиците воды, но результаты противоречивы. Скорость секреции и состав слюны зависят от многих факторов, помимо гидратации, включая время суток, гигиену полости рта, приём пищи и психологический стресс. Биологическая вариабельность осмоляльности слюны высока, что ограничивает её диагностическую точность (Cheuvront & Kenefick, 2014).

Осмоляльность слезы. В последних исследованиях изучалась слёзная жидкость как потенциальный маркер гидратации. Осмоляльность слезы, по-видимому, отслеживает изменения осмоляльности плазмы во время дегидратации и регидратации, а измерение относительно просто с помощью современных приборов. Однако этот метод всё ещё находится в стадии разработки, и такие факторы, как условия окружающей среды (ветер, солнце, влажность), могут влиять на испарение слезы и, следовательно, на измерение. В настоящее время осмоляльность слезы не используется широко за пределами исследовательских учреждений (Kenefick & Cheuvront, 2016).

6.5. Биоэлектрический импеданс и другие методы

Биоэлектрический импедансный анализ (БИА) — это неинвазивный метод, который пропускает через тело слабый электрический ток для оценки общего содержания воды и её распределения между внутриклеточным и внеклеточным пространствами. Хотя БИА может давать полезные оценки у хорошо гидратированных людей в стандартизированных условиях, его точность снижается при изменении статуса гидратации. Допущения, лежащие в основе уравнений БИА (например, постоянство удельного сопротивления тканей), могут не выполняться во время дегидратации, и ошибка индивидуальных оценок может быть большой (Cheuvront & Kenefick, 2014). По этим причинам БИА не считается надёжным методом оценки острых изменений статуса гидратации, хотя он продолжает использоваться в некоторых исследовательских и клинических целях.

Другие методы, такие как измерение диаметра нижней полой вены с помощью ультразвука или использование трейсерных методов разведения (например, оксида дейтерия), доступны, но обычно используются только в исследованиях или в специфических клинических ситуациях. Они не практичны для рутинной оценки гидратации у здоровых, активных людей (Kenefick & Cheuvront, 2016).

6.6. Концепция биологической вариабельности и её важность

Одним из наиболее важных, но часто упускаемых из виду аспектов оценки гидратации является биологическая вариабельность. Каждое физиологическое измерение естественным образом варьирует изо дня в день у одного человека (внутрииндивидуальная вариабельность) и между разными людьми (межиндивидуальная вариабельность). Для многих маркеров статуса гидратации (например, осмоляльность мочи, удельный вес мочи, осмоляльность слюны) внутрииндивидуальная вариабельность велика по сравнению с межиндивидуальной. Это означает, что однократное измерение у человека может попадать в пределы нормального популяционного диапазона даже тогда, когда этот человек значительно обезвожен, или, наоборот, может выглядеть аномальным, когда человек адекватно гидратирован (Cheuvront & Kenefick, 2014).

Вот почему ни одна универсальная пороговая величина (например, удельный вес мочи >1,020) не может надёжно классифицировать всех людей как гидратированных или обезвоженных. Наиболее точным подходом для конкретного человека является серийный мониторинг – сравнение текущего измерения с хорошо установленным базовым уровнем для этого же человека. Изменение, превышающее нормальную суточную вариабельность («референсное значение изменения»), даёт веские доказательства того, что статус гидратации действительно изменился (Kenefick & Cheuvront, 2016).

6.7. Практическое резюме по методам оценки

Для образовательных целей следующие пункты резюмируют сильные стороны и ограничения распространённых методов оценки гидратации:

  • Изменение массы тела является наиболее практичным и точным методом количественной оценки острой потери воды при условии наличия надёжного базового уровня и короткого периода измерения.
  • Осмоляльность плазмы является чувствительным маркером внутриклеточной дегидратации, но требует взятия крови и лабораторного анализа.
  • Мочевые маркеры (осмоляльность, удельный вес, цвет) неинвазивны и полезны как скрининговые инструменты, но зависят от многих факторов и должны в идеале измеряться в утренней порции.
  • Осмоляльность слюны и слезы являются многообещающими неинвазивными подходами, но всё ещё находятся в стадии разработки и имеют существенные ограничения.
  • Ни один отдельный маркер не является идеальным. Наиболее достоверная оценка получается при комбинировании нескольких показателей (например, изменение массы тела, осмоляльность плазмы и утренняя концентрация мочи) и, по возможности, при сравнении с индивидуальным базовым уровнем самого человека.

Понимание этих методов и их ограничений необходимо для интерпретации научной литературы по гидратации и для понимания того, почему разные исследования иногда дают разные результаты (IOM, 2005; Cheuvront & Kenefick, 2014; Kenefick & Cheuvront, 2016).

7. Заключение

Дефицит воды, или дегидратация, представляет собой физиологическое состояние, при котором общее содержание воды в организме падает ниже уровня, необходимого для оптимального гомеостаза. Научная литература, рассмотренная в этой статье, даёт ясную и последовательную картину причин, последствий и методов оценки этого состояния, одновременно указывая на области, где сохраняется неопределённость.

Потеря воды в объёме примерно 2% массы тела представляет собой значимый физиологический порог. Ниже этого уровня суточные колебания воды в организме считаются нормальной вариацией и не связаны надёжно с функциональными нарушениями. На этом пороге или выше него происходят последовательные изменения в нескольких физиологических системах, включая снижение объёма плазмы, увеличение частоты сердечных сокращений, повышение температуры ядра тела во время физической нагрузки, а также изменение реакции потоотделения и кожного кровотока (Cheuvront & Kenefick, 2014; Kenefick & Cheuvront, 2016).

Необходимо проводить фундаментальное различие между внутриклеточной (гиперосмолярной) дегидратацией, которая возникает в результате потери гипотонических жидкостей, таких как пот, и внеклеточной (изоосмолярной) дегидратацией, которая возникает в результате потери жидкостей, близких по составу к плазме. Эти два типа дегидратации различаются по своему влиянию на осмоляльность плазмы, степени сокращения объёма плазмы и по основным физиологическим механизмам (осмотическим и объёмным), которые запускают компенсаторные реакции (Cheuvront & Kenefick, 2014).

Физиологические последствия дегидратации наиболее очевидны в сердечно-сосудистой системе и терморегуляции. Дегидратация снижает объём плазмы, что приводит к компенсаторному увеличению частоты сердечных сокращений и снижению ударного объёма. В то же время она повышает порог температуры ядра для потоотделения и кожной вазодилатации, снижая способность организма отводить тепло. Эти эффекты усиливаются, когда физическая нагрузка выполняется в жарких условиях (Kenefick & Cheuvront, 2016).

Физическая работоспособность надёжно ухудшается при дегидратации, но степень ухудшения зависит от типа активности. Аэробная (выносливостная) производительность стабильно снижается при потерях воды ≥2% массы тела, главным образом из-за уменьшения максимального потребления кислорода и увеличения относительной интенсивности нагрузки. Напротив, максимальная сила и мощность страдают гораздо меньше; когда снижения и происходят, они обычно невелики (1‑3%) и наблюдаются не всегда. Сложные двигательные навыки и спортивно-специфические задачи ухудшаются пропорционально их зависимости от аэробной выносливости, в то время как задачи, основанные на силе или технике, могут быть относительно сохранны (Cheuvront & Kenefick, 2014).

Когнитивные функции и настроение также подвержены влиянию дегидратации, но эффекты более последовательны для настроения. Лёгкая или умеренная дегидратация достоверно усиливает чувство усталости, напряжённости и снижения бдительности. Влияние на когнитивные способности менее последовательно; когда оно присутствует, оно наиболее вероятно для задач, требующих устойчивого внимания, кратковременной памяти или сложной зрительной обработки. Дегидратация, вызванная физической нагрузкой и теплом, даёт более сильные когнитивные эффекты, чем одно лишь ограничение жидкости, что позволяет предположить, что гипертермия и физическое утомление вносят вклад в любые нарушения. Наиболее правдоподобным механизмом когнитивных изменений является отвлечение и дискомфорт, связанные с жаждой и другими симптомами, а не прямое нарушение функции мозга (Masento et al., 2014).

Оценка статуса гидратации не является простой задачей. Наиболее практичным и точным методом количественной оценки острой потери воды является измерение изменений массы тела при условии наличия надёжного базового уровня. Осмоляльность плазмы является чувствительным маркером внутриклеточной дегидратации, но требует взятия крови. Мочевые маркеры (осмоляльность, удельный вес, цвет) неинвазивны и полезны как скрининговые инструменты, но зависят от многих факторов, и их лучше всего интерпретировать по утренней порции. Важно отметить, что ни один отдельный маркер не является идеальным, и индивидуальная биологическая вариабельность означает, что универсальные пороговые значения не могут надёжно классифицировать всех людей. Серийный мониторинг по сравнению с индивидуальным базовым уровнем даёт наиболее достоверную оценку (IOM, 2005; Cheuvront & Kenefick, 2014).

Будущие исследования продолжат уточнять наше понимание дегидратации. Приоритетные области включают разработку простых, неинвазивных полевых методов оценки статуса гидратации; изучение долгосрочных последствий для здоровья, связанных с хронически низким потреблением жидкости; влияние дегидратации на когнитивные способности в реальных жизненных ситуациях (например, вождение автомобиля, офисная работа); а также индивидуальные факторы (генетика, физическая подготовка, акклиматизация), которые модулируют восприимчивость к дефициту воды. Кроме того, необходимы дополнительные исследования популяций, которые были менее изучены, таких как женщины, пожилые люди и дети, хотя эти темы рассматриваются отдельно (Kenefick & Cheuvront, 2016).

Резюмируя, дегидратация является хорошо охарактеризованным физиологическим состоянием с предсказуемыми эффектами на сердечно-сосудистую функцию, терморегуляцию, физическую работоспособность и настроение. Порог потери массы тела в 2% служит полезной референтной точкой для определения того, когда произошёл значимый дефицит воды. Понимание физиологии дегидратации, методов её оценки и её влияния на функции организма необходимо для интерпретации научной литературы и для понимания важности адекватной гидратации для здоровья и работоспособности – без преувеличения доказательств и без необоснованных клинических заявлений.

Ниже представлен список научных публикаций, которые были использованы при подготовке данной статьи. Список составлен в алфавитном порядке по фамилии первого автора в стиле Гарварда. Названия статей приведены в одинарных кавычках, названия журналов и книг выделены курсивом.

Список источников

  1. Cheuvront, S.N. & Kenefick, R.W. (2014) ‘Dehydration: Physiology, Assessment, and Performance Effects’, Comprehensive Physiology, 4(1), pp. 257–285. DOI: 10.1002/cphy.c130017 PubMed
  2. Institute of Medicine (IOM) (2005) Dietary Reference Intakes for Water, Potassium, Sodium, Chloride, and Sulfate. Washington, DC: The National Academies Press. Available at: https://nap.nationalacademies.org/catalog/10925/dietary-reference-intakes-for-water-potassium-sodium-chloride-and-sulfate.
  3. Kenefick, R.W. & Cheuvront, S.N. (2016) ‘Physiological adjustments to hypohydration: Impact on thermoregulation’, Autonomic Neuroscience: Basic and Clinical, 200, pp. 47–51. DOI: 10.1016/j.autneu.2016.02.003 PubMed
  4. Masento, N.A., Golightly, M., Field, D.T., Butler, L.T. & van Reekum, C.M. (2014) ‘Effects of hydration status on cognitive performance and mood’, British Journal of Nutrition, 111(10), pp. 1841–1852. DOI: 10.1017/S0007114513004455 PubMed
  5. McDermott, B.P., Anderson, S.A., Armstrong, L.E., Casa, D.J., Cheuvront, S.N., Cooper, L., Kenney, W.L., O’Connor, F.G. & Roberts, W.O. (2017) ‘National Athletic Trainers’ Association Position Statement: Fluid Replacement for the Physically Active’, Journal of Athletic Training, 52(9), pp. 877–895. DOI: 10.4085/1062-6050-52.9.02 PubMed
  6. Pence, J., Davis, A., Allen-Gregory, E. & Bloomer, R.J. (2025) ‘Hydration Strategies in Older Adults’, Nutrients, 17(5), p. 874. DOI: 10.3390/nu17142256 PubMed
  7. Sécher, A. & Ritz, P. (2012) ‘Hydration and cognitive performance’, The Journal of Nutrition, Health & Aging, 16(4), pp. 325–328. DOI: 10.1007/s12603-012-0033-0 PubMed